Соціум / Спорт

ЕФИМ ГЕЛЛЕР: ВЕЧНЫЙ ИСКАТЕЛЬ ШАХМАТНОЙ ИСТИНЫ

Олександр Галяс, Порто-Франко

ЕФИМ ГЕЛЛЕР: ВЕЧНЫЙ ИСКАТЕЛЬ ШАХМАТНОЙ ИСТИНЫ

В прежние годы, отмечая очередной юбилей выдающегося шахматиста Ефима Геллера, я уверенно писал: родился 8 марта 1925 года в Одессе. (Пожалуй, нелишне отметить, что на статью, опубликованную в "Порто-франко" 6 марта 2015 года, дана ссылка в Википедии). Однако недавно узнал, что нашлись документы, согласно которым Геллер родился не 8 марта и даже не в Одессе. Тем не менее мы в редакции решили не изменять традиции: пока нет официальных изменений, 8 марта будем отмечать 95-летие нашего легендарного земляка. На этот раз собрав фрагменты воспоминаний о нем из книг и статей.

Описание: http://porto-fr.odessa.ua/2020/08/pict/10.jpg


 

Для справки. "Ефим Петрович Геллер (1925–1998) — один из сильнейших шахматистов мира 1950–70-х гг. Первый шахматист Украины, удостоенный звания "международный гроссмейстер". Чемпион СССР 1955 и 1979 гг. Семикратный победитель шахматных Олимпиад в составе сборной СССР, победитель ряда международных турниров. Выдающийся шахматный теоретик. Признан лучшим спортсменом Одессы 20-го века".

Генна СОСОНКО, международный гроссмейстер, шахматный писатель: "Он родился и вырос в еврейской семье в Одессе... Ребенком он жил на Пушкинской, потом на Приморском. Малая Арнаутская, Греческая, Еврейская и Дерибасовская — улицы Одессы, прямые, как стрела, исхожены его юностью и молодостью, и он часто возвращался сюда, в последний раз — за три года до смерти, на свое семидесятилетие. В город, по выражению Бабеля, десятилетиями поставлявший вундеркиндов на все концертные площадки мира. Здесь начинали Буся Гольдштейн и Яков Флиер, из Одессы вышли Давид Ойстрах и Эмиль Гилельс... Он не был евреем со скрипочкой или рафинированным интеллигентом, скорее наоборот — евреем-мастеровым, не такой уж редкий тип на Украине или в России. Образом жизни и привычками "экономист с Дерибасовской", как называл его кое-кто из коллег, полностью вписывался в среду проживания, только мастерством его были шахматы... Выдающийся гроссмейстер Ефим Петрович Геллер был абсолютным любимцем Одессы, ее шахматным королем".

Бенцион ЛИМЕНИС, ветеран войны и труда: "Моё знакомство с Мусей Геллером (так его называли в детстве) состоялось в 1937 г. во Дворце пионеров... Муся Геллер обратил на себя внимание как лидер. Уже тогда все дети его возраста и те, кто был постарше, тянулись к нему, и он обстоятельно доказывал свою шахматную правоту. Первым его наставником (как и всех юных шахматистов) был первокатегорник Палавандов, участник чемпионатов Украины. Во время войны он, турок по национальности, спасая жену-еврейку, нашел убежище в Турции.

Шахматное образование Геллера продвигалось быстро. Сейчас гроссмейстерами становятся в 14 лет, а когда Геллер в этом возрасте стал первокатегорником, это было сенсацией. Следует учесть, что мало было выполнить норму — квалификационная комиссия рассматривала сыгранные партии, и только после этого присваивала 1-ю категорию, и то всего лишь на один год; при последующем подтверждении звание продлевалось на три года.

В апреле — мае 1941 года 16-летний Геллер впервые участвовал в первенстве Одессы. Турниру предшествовали полуфиналы с участием только первокатегорников. Я оказался с ним в одной группе. Играл он инициативно, в атакующем стиле. В партии со мной (французская) он атаковал белыми, но атака захлебнулась, и он проиграл. На глазах у него появились слезы. Мы оба вышли в финал, где он взял реванш. В финале участвовали 13 человек, вне конкурса играл бывший чемпион Одессы, мастер Жуховицкий. Юный Геллер обыграл мастера в блестящем стиле.

В те годы по стране проходили всесоюзные соревнования первокатегорников. Эти турниры рождали новую шахматную "прослойку". В них должен был играть и Геллер, но... война перевернула жизнь. Впереди была эвакуация. Затем армия, школа авиационных механиков. Об этом рассказал Геллер, когда мы встретились на фронте в победные дни в конце войны. Я служил инженером по авиавооружению в бомбардировочном полку самолетов Ту-2. Для участия в ликвидации Прибалтийской группировки немцев полк получил задание перебазироваться из-под Берлина на аэродром в Шяуляй (Литва). 7 мая я прилетел туда с первой группой. Там состоялась встреча с сержантом Геллером, механиком самолета Ил-2. Их штурмовой авиаполк прилетел сюда для выполнения такого же задания. На следующий день, 8 мая, должна была прилететь основная часть нашего полка. Целый день в ожидании самолетов мы провели вместе. Вспоминали одесских шахматистов, рассказывали о себе. Штурмовой полк делал по 3-4 вылета в день, и авиаспециалисты полностью выкладывались. В шахматы он не играл. Их у него не было, да играть было не с кем. Я ему подарил примитивные картонные шахматы. Ожидание самолетов закончилось, когда командир корпуса генерал-лейтенант Ушаков собрал прибывшую часть полка и сообщил о капитуляции немцев, поздравил всех с Победой".

Генна СОСОНКО: "Упрямый с ямочкой подбородок, медлительная походка вразвалочку — всем своим видом Геллер напоминал скорее бывшего боксера или сошедшего на берег боцмана, чем гроссмейстера мирового класса.

Этой же самой походочкой он поднялся на сцену Центрального Дома железнодорожников Москвы в далеком 1949 году, чтобы остаться в элите мировых шахмат на несколько десятилетий".

Виктор КОРЧНОЙ, международный гроссмейстер, чемпион СССР 1960, 1962, 1964, 1970 гг.: "Свою первую партию я сыграл с ним в первенстве общества "Наука" в 1951 году и проиграл черными гамбит Шара-Геннинга. Был он, без сомнения, блистательный игрок и внес много нового в теорию дебюта... В молодые годы был Геллер преимущественно тактиком, потом возмужал и начал по-своему трактовать и дебют, и шахматы вообще".

Василий СМЫСЛОВ, международный гроссмейстер, чемпион мира 1957-1958 гг.: "Был он настоящим классиком шахмат, стоял на передовых позициях в те времена, когда шахматы были в расцвете в нашей империи, и побеждал всех без исключения выдающихся шахматистов".

Борис СПАССКИЙ, международный гроссмейстер, чемпион мира 1969–1972 гг.: "Когда Геллер был в своем ключе, он разбивал кого угодно. Под его цельностью и продуманностью даже Фишер часто ломался. И я всегда восхищался не только прекрасно поставленным дебютом, это само собой, но именно продуманностью последующей игры, игровыми планами... Он был гроссмейстер высочайшего класса и играл одну-две партии в год, определявшие направление шахматной мысли в том или ином дебюте".

Марк ТАЙМАНОВ, международный гроссмейстер, чемпион СССР 1956 г.: "Я играл в Мемориале Алехина в Москве в 1956 году, сейчас сказали бы в супертурнире. Принимали участие в нем не только чемпион мира Ботвинник, но и Смыслов, Бронштейн, Керес, Глигорич, Найдорф, Сабо, Унцикер. Геллер в том турнире не играл.

"Ну, место пятое — было бы нормально" — ответил ему на вопрос, как думаю сыграть. Фима усмехнулся только в ответ характерно: "А я без мыслей о первом месте просто играть бы не смог..."

Всё наше поколение... было приучено к постоянной и глубокой аналитической работе, но в этом отношении Геллер выделялся среди всех нас".

Сергей ШИПОВ, международный гроссмейстер: "Что же помешало Геллеру полностью реализовать свой потенциал?

Первая часть ответа на этот вопрос может показаться парадоксальной — его огромная любовь к шахматам и уникальный талант аналитика. Ефим Петрович много работал над шахматами дома и зачастую продолжал это делать во время важных партий. Он любил погружаться в позицию, всегда искал не просто хорошие, а непременно сильнейшие ходы, самые перспективные планы и точные варианты. Отсюда и регулярные часовые раздумья Геллера на выходе из дебюта и его печально знаменитые цейтноты, которые загубили множество прекрасных партий.

Одесский гроссмейстер, как мальчишка, увлекался красивыми идеями, интересными дебютными схемами и зачастую действовал во вред себе — тратил много сил, извлекал руду не только в перспективных, но и в истощенных шахтах... Не хватало Ефиму Петровичу здорового шахматного практицизма, свойственного почти всем его коллегам игроцкого коварства. Будь Геллер немного практичнее... Впрочем, это был бы уже другой шахматист, другой человек. Другая судьба".

Генна СОСОНКО: "Очень многое, что в шахматах сегодняшнего дня кажется очевидным и само собой разумеющимся, основано на принципах, выработанных лучшими аналитиками того времени. И одним из самых значительных исследователей игры — Ефимом Геллером".

Сергей ШИПОВ: "Вклад Геллера в дебютную теорию поистине огромен. Он не только сам разрабатывал, но и с успехом применял новые схемы, новые планы, новые порядки ходов. Маэстро был композитором, автором слов и исполнителем новых шахматных песен, которые остаются хитами вот уже несколько десятилетий.

Всем известна фраза Ботвинника: "До Геллера мы староиндийские построения как следует не понимали". Да, лавры первопроходца в староиндийской защите одесситу не принадлежат. Заслуги Бронштейна и Болеславского в данном вопросе весомее. Однако именно Геллер сумел найти точные порядки ходов во всех актуальных вариантах этого сложнейшего дебюта, довел стратегию игры черных в миттельшпиле до такого совершенства, что стало возможно регулярно играть староиндийскую защиту на самом высоком уровне... Его книга об этом дебюте стала учебником, Библией для молодых талантов".

Яков ДАМСКИЙ, шахматный журналист, международный арбитр: "И еще один экзамен, очень трудный для шахматистов, которые по природе самой Игры предельно индивидуалистичны, Геллер выдержал с блеском — испытание командной борьбой. Все знают: есть очень сильные игроки, которые просто не умеют, не могут блистать в составе коллектива, когда надо полностью отрешиться от выгод и невыгод собственного положения на доске, когда недостаточно просто класть добытые очки в общую копилку. Не место здесь и не время формулировать те принципы, излагать те требования, которые предъявляет командная игра каждому, кто в ней участвует: и в безнадежной позиции порой надо продолжать сопротивление, недостойное в принципе шахматистов высокого уровня, и белыми нельзя соглашаться на ничью в равной позиции, а иногда и черными — тоже... Для Геллера все это было столь же естественно и очевидно, как для Моцарта, по Пушкину, простая гамма... А сколько десятков раз Геллер играл в команде "и за того парня". Хрестоматийной стала уже история о фантастической ничьей в "партии престижа" между тогдашним чемпионом мира Михаилом Ботвинником и американцем (то есть априори идейным противником — по трактовке Советской власти) Робертом Фишером на Олимпиаде 1962 года в Болгарии, на Золотых Песках. Тогда в отложенной позиции, где никто не сомневался в поражении чемпиона, Геллер глубокой ночью нашел идею, оказавшуюся ни много ни мало как словом в теории ладейных эндшпилей, вроде бы детальнейшим образом исследованных такими титанами, как Рубинштейн, Смыслов, Файн, Левенфиш... По трактовке Геллера, две разрозненные пешки могли нести в себе не меньшую силу, чем две связанные проходные. И в таких делах избыточно честный Ботвинник при комментировании партии назвал подсказанную ему идею замечательной и снабдил ход, ведущий к предложенной Геллером позиции, двумя восклицательными знаками".

Борис СПАССКИЙ: "Геллер не был добряком, скорее работал под добряка. Но он очень помог мне во время матча с Петросяном в 69-м, да и в матче с Фишером. Геллер был фактически единственным, кто мне помог. Ни Ней, ни Крогиус, ни приехавший уже в самом конце Болеславский, анализировавший так и не встретившиеся в матче дебюты, не помогли мне, а он действительно работал, переживал...

Хорошо помню, как во времена своего чемпионства воспользовался одним его советом, хотя никого никогда не слушал и всегда предпочитал идти своим путем.

А сказал он мне: "Борис Васильевич, вы чемпион мира, вы стоите на вершине, не вмешивайтесь в дела претендентов, в их распри, их проблемы, не ваше это дело, не дело чемпиона". И я послушался его и храню о нем, несмотря ни на что, хорошие воспоминания..."

Марк ТАЙМАНОВ: "Он мог быть колючим, мог и обидеть на собрании команды. Было в нем что-то бесшабашное, что-то и от биндюжника даже, да и манеры имел соответствующие... Но были мы с ним как-то неделю вдвоем в поездке — открылся вдруг с другой стороны, теплой, душевной..."

Анатолий КАРПОВ, международный гроссмейстер, чемпион мира 1975–1985 гг.: "Был он очень азартный, увлекающийся человек. Знавшие его еще в студенческие времена в Одессе говорили — играть мог на бильярде днями напролет. Ну и карты любил, особенно белот... Был он одессит, всё было в нем одесское, и говор был одесский. Как он говорил, говорят в Одессе, на Брайтон-Биче..."

Сергей ШИПОВ: "В наш жестокий век мало кто способен быть столь щедрым и доброжелательным, каким был Ефим Петрович. Это вымирающая порода людей. Их величие строкой в таблице и вариантом в энциклопедии не оценить".

Генна СОСОНКО: "В последнем слове Давид Бронштейн, знавший Геллера полвека, говорил, что всю свою жизнь он был занят поисками истины.

"Но что есть истина в шахматах? — спрашивал себя Бронштейн. — Истина неуловима и иллюзорна, но он все равно, днем и ночью был занят поисками ее".

Ефим Петрович Геллер был одним из самых ярких представителей почти ушедшего поколения, уже ставшего шахматной историей.

Пусть правила игры не изменились, историей стали и сами шахматы, в которые играли они".

Свои юбилейные статьи в "Порто-франко" 2010 и 2015 годов я заканчивал одинаково: "Пришла пора увековечить имя нашего замечательного земляка в названии одной из городских улиц". Это было не только личное мнение, так считали многие одесситы. И вот 26 апреля 2016 года улица Октябрьской революции в Киевском района была названа в честь "шахматного короля Одессы" Ефима Геллера.

Александр ГАЛЯС.

 

http://porto-fr.odessa.ua/print.php?art_num=art036&year=2020&nnumb=08

 

 

Відправити